Молодые в культуре

Укротители огня

фаершоу

Как перейти с носков на огненные пои, превратить хобби в источник дохода и не сгореть на сцене — об этом и не только рассказали молодые артисты фаер-шоу

Манифест для начинающих

— Отдельных школ по фаеру в Беларуси нет. Чтобы научиться, нужно искать артистов, готовых поделиться опытом, или коллективы, у которых много заказов и они собираются расширять свой штат. Перед тем как взять в руки огонь, я три месяца крутил носки. В прямом смысле. Кому-то, может, потребуется и полгода, — вспоминает Евгений Шлома, основатель ­команды «Парадокс».

Кстати, о носках. Это действительно самый первый реквизит фаерщика — длинные гетры, куда закладывают не­много гречки или риса в качестве утяжелителя. Выглядит совсем неромантично и даже странно, но к огненным поям новичка никто не допус­тит — это слишком опасно.

Если решили с нуля заняться фаером, готовьтесь к немалым тратам. Одна тренировка обойдется в сумму около 40 рублей. Реквизит — от 600 до 800 руб­лей. Понадобятся еще колонка с микрофоном — примерно 500 рублей  — и костюм для выступления на сцене — от 200 рублей. В целом стоит поднакопить как минимум 2 000 рублей.

Александр Роман, основатель театра огня «Магратея», занимается фаером восемь лет:

— Каждый человек может самовыражаться в творчестве, которое, если постараться, будет еще и деньги приносить. Мне удалось это совместить.

Его коллега Надежда Макаревич увлеклась фаер-шоу в 2008 году, увидев огненное представление на одном из средневековых фес­тов. Азам ­обучалась около года.

— Сложно было преодолеть боязнь выступления перед публикой. Отдельно постигала сценическое мастерство. В 2013  году организовала свой коллектив. Мы одними из первых стали использовать огненные ходули и огнемет. Но команда распалась, поэтому я сейчас в «Магратее». И ничуть не жалею.

фаершоуДенежный вопрос

Любая начинающая команда фаерщиков должна быть готова к тому, что сначала придется выступать на энтузиазме, пока не раскрутишься и не наберешься опыта. И это нормально.

— Но через пару месяцев понимаешь: хобби, которому ты уделяешь много времени и средств, должно приносить доход. Фаер — недешевое удовольствие, да и работа сезонная — летом, весной и ранней осенью, — поясняет Евгений Шлома.

Кто-то считает, что заработать только на фаер-шоу в Беларуси очень сложно. Хотя бы из-за климата. В коллективе с Евгением выступают и менеджер по грузоперевозкам, и рекламщик — у каждого есть основная работа. Чтобы выживать, в идеале нужно совмещать несколько видов искусства — и фаер, и, например, уличный театр с ходулями и мимами. Предлагать большой спектр услуг, как это успешно делает экспериментальный театр T(e)=Art.

— А мне кажется, что главная проблема для молодых артистов фаера — не деньги, а их собственное отношение к делу. Для многих это просто культурная тусовка — пришли, покрутили огонь. Серьезный подход нечасто увидишь. А можно, если захотеть, бешеных высот достичь. Я вот нигде больше не работаю, занимаюсь только фаером. На квартиру еще не накопил, но жить можно, — комментирует Александр Роман.

По его словам, потолок цен за одно выступление театра огня — около 1 000 рублей. И это не только вина заказчиков, не готовых отдавать больше за вид искусства, который не слишком раскручен в нашей стране.

— Я видел в Москве шоу, которое стоит несколько тысяч долларов. Артисты в Беларуси изначально относятся к фае­ру скорее как к хобби, не верят в большие заработки, сидят в офисах и получают стабильно свои 600 рублей в месяц, а изменить что-то, рискнуть, — пожалуй, нет. Отсюда — меньше тренировок и ниже уровень мастерства, а значит, и цена за выступление, — отмечает Александр Роман.

фаершоуМеста для выступлений

С огненными поями, как известно, в город не выйдешь — не положено по технике безопасности. Но по всей Беларуси проходят множество фестивалей огня. Этим летом одной из самых крупных площадок для артис­тов стал фес­тиваль «Свята Сонца» в Дудутках.

— С огнем почти не тренируемся, его используем в основном на выступлениях, — отмечает основатель «Парадокса».

Что нужно публике?

— Многие спрашивают: почему не совмещаете фаер с драмой? Одно выступление «Магратеи», да и любой другой фаер-команды, длится 10-15 минут, с театральными номерами не развернешься. Да и у каждого реквизита свой тайминг — 2-3 минуты. Потом его нужно либо тушить, либо заново поджигать. Эти действия сложно вписать в драматургию. Поэтому наш стиль — танцевально-трюковой, — поясняет Надежда Макаревич.

Основной источник дохода для артистов — корпоративы и свадьбы. А там в первую очередь требуется зрелище: побольше пиротехники, яркости и «вау, ничего себе!».

Правда, театр огня не полностью идет на поводу и пуб­лики. Музыку артисты выбирают сами. На ней и строится каждое выступление.

— Стараемся находить компромисс между тем, что нравится зрителям, и тем, что подходит нам. В Европе, например, давно переходят на минимализм в фаер-шоу. Один актер может творить безумнейшие, оригинальные вещи и без огненных фонтанов с фейерверками. Знаю одну греческую команду, состоящую из артиста балета и скрипачки. Они очень по­пулярны, выступают по всему миру, зрители воспринимают их не как ребят, которые зарабатывают деньги, развлекая, а как деятелей искусства, — заверяет Александр Роман.

фаершоуТактика ­форс-мажоров

У всех, кто связал свою жизнь со сценой, так или иначе случаются курьезные ситуа­ции. Для фаерщиков они могут быть еще и опасны.

— Представление только началось. Вдруг люди стали улюлюкать. Странно, думаю, мы ведь еще ничего особенного не показали. Оказывается, на одном из артистов загорелась шапка, на которую раньше пролился керосин, но никто этого не заметил. А выступали мы в масках, обзор был ограничен… Когда стало ясно, в чем дело, кричу ему: «Уходи!» Когда керосин проливается, то сначала он горит сам, а потом уже ткань. Это не сразу чувствуется, — рассказывает Евгений Шлома.

Тем не менее зрителям понравилось. Кто-то даже пригласил потом «Парадокс» на мероприятие, вспомнив именно этот инцидент.

— Как-то раз отключилась музыкальная колонка и пришлось выступать в тишине, но люди аплодировали, задавая нам ритм. Из любой ситуации можно выкрутиться, — уверен артист.

Без шуток

У фаерщиков есть негласное правило — девушек к выдуванию изо рта огня, так называемому бризингу, не подпускают. Слишком опасно для здоровья. Нужна невероятная физическая выносливость. Но это не единственные нюансы опасной профессии.

— Сколько бы ты ни прочитал мануалов по технике безопасности, самое главное — это человек на шоу, который следит за артистами. Потому что последний, кто узнает о возгорании, — это сам выступающий. От адреналина, световых вспышек и громкой музыки внимание притупляется, — поясняет Александр Роман.

А вот Надежду Макаревич пугает безответственность новичков.

— Выступать с огнем — это не шутки. Если человек собирает реквизит на коленках, по-быстрому, а затем снаряд отрывается и летит в зрителя… Кто виноват? Потом говорят: это фаер-шоу — ерунда какая-то, да еще и опасно. Хочется, чтобы все вместе участвовали в развитии этого вида искусства, относились к нему не хуже, чем к классическому теат­ру или музыкальным концертам, — призывает ­Надежда.