Далекое - близкое

«Пронзительно визжал после уроков…»

гимназия, минск, поведение

Современный ученик поведением мало отличается от дореволюционного гимназиста

— Вот она, самая страшная книга для учащегося Минской мужской правительственной гимназии, — говорит директор Национального исторического архива Беларуси Дмитрий Яцевич, показывая толстый гросс­бух. — В гимназической среде ее называли «кондуит», а официально — книга для записи проступков учеников. В дореволюционной России на каждого учащегося заводилось такое своеобразное личное дело, в котором отмечались дата проступка, класс и фамилия «отличившегося», краткая суть прегрешения, наложенное наказание и дата его отбытия. По записям выставлялась годовая отметка за поведение.

Накануне Дня учителя перенесемся в далекий 1913 год. Здание гимназии находилось на месте сквера на улице Ленина, где установлены памятники Грицевцу и Дюнану. 22 августа в ней начались занятия для 679 гимназистов. И в тот же день ожил кондуит…

Первыми попались три курильщика из 5-го и 6-го классов. За курение папирос они были «арестованы» на 8 часов два воскресенья подряд. В то время «арест» означал оставление после уроков. Обычно его отбывали в будний день, но в редких случаях ученика лишали выходного.

гимназисты, поведениеВ первый учебный день ограничились устным выговором в отношении двух опоз­давших на утреннюю молитву. Им припомнили, что в прошлом учебном году они часто грешили подобным, и поэтому вызвали родителей для беседы.

24 августа «арест» на 2 часа за драку во время перемены заслужили 4 четвероклассника: Бальчунас, Холево, Григорович и Корильков. На уроке географии их одноклассник Безводницкий «вел себя беспокойно, не реагировал на замечания и в конце урока самовольно переменил мес­то». За это он «арестован» на час.

27 августа в кондуит угодили третьеклассники за шалости во время урока немецкого языка: Младив и Малиновский бросались в отвечавшего у доски бумажками, а Козловского уличили в изготовлении плевательного приспособления (памятная, наверное, каждому школьнику трубочка от ручки и жеваная бумажка). В итоге первые два гимназиста получили по часу «ареста», а Козловский — только выговор и оповещение родителей: использовать свое стрелковое оружие он не успел.

Четвероклассник Николай Гуртьев ослушался помощника наставника, за что схлопотал час после уроков. Но не отбыл наказание, а сбежал. За это получил еще 3 часа «ареста».

Вам может быть интересно...  Звезда Героя

На 2 часа наказан пятиклассник Хелмовский за «ношение неустановленной формы». Его товарищ Семашко 8 сентября был замечен на треке в Губернаторском саду в незастегнутом пальто и белой тужурке! А третьеклассник Судник наказан на час в воскресенье за то, что пришел без пряжки на ремне.

Второклассника Рубенштейна застали гуляющим по Захарьевской улице в 21:30, тогда как ученикам запрещалось выходить на улицу после 20:00. Посему в кондуи­те нередко встречаются записи из десятка фамилий, ­обведенных скобкой с единым проступком — «гуляли по улицам позже установленного времени». Каждому — по 2 часа дополнительного сидения в гимназии.

Второклассник Карпович получил полтора часа внеурочных занятий за то, что «пронзительно визжал после уроков в классе в присутствии помощника классного наставника».

Уже через месяц после начала учебного года в книге все чаще стали появляться ­записи: «Устроили свалку», «Ударил по лицу», «Расшиб лоб до крови», «Стиснул руку до крика от боли». Эти нарушения дисциплины карались 4 часами «ареста».

Участились и прогулы. Например, семиклассник Злотников 12 октября не присутствовал на уроках, а между тем вечером был в кинематографе. За это был наказан на 5 часов. Больше давали только за курение, особенно если ловили вне стен гимназии.