Общество Персона

Песенный набор

О «Евровидении»

— Валерий Сергеевич, в январе состоялся кастинг для участия в национальном отборе на «Евровидение». Почему согласились возглавить жюри второй год подряд: личный интерес или почетная функция?

— Думаю, это престижно, и меня порадовало, как гладко все прошло в 2017-м. Тогда боялся одного: пойдут какие-то звонки, просьбы. Но этого не было. К сожалению, год назад не удалось присутствовать на большом отборе, по­этому только сейчас смог оценить масштаб соревнования. И мне все очень понравилось. Но я не знаю, как было раньше. Стоит еще отметить: председатель жюри не имеет решающего голоса, финалистов выбирают коллегиально.

— Во время отбора вы грамотно «дирижировали», зачастую останавливая, мягко говоря, странных участников…

— Не я один (улыбается). Мы сразу договорились, что прослушать всех участников, а их больше 80, не сможем, поэтому решили останавливать самых неподготовленных артистов. При этом давали возможность допеть до припева. Но были моменты, когда терпения уже не хватало: человек не попадал в ноты, исполнял композицию в другой тональности.

— А фриков, на ваш взгляд, было достаточно?

— Мне не очень нравится слово «фрики», назовем их яркими личностями. На одной радиостанции мне предложили отправить на «Евровидение» именно артиста с такой изюминкой. Почему бы и нет? Но тогда отбор надо делать полностью из таких людей. И пусть участвует Александр Солодуха, Жанет с ее шуточной рапсодией (белорусская певица представила жюри песню о том, как все страны хотят за­иметь «Евровидение». — Прим. авт.).

— В середине февраля мы узнаем имя участника от Беларуси. Вы уже определились, кто достоин больше других?

— Не могу сейчас сказать, хотя у меня есть какие-то предпочтения. Посмотрим, что покажут артисты на финальном концерте в Белтелерадиокомпании 16 февраля. Мне думается, что «Евровидение» не тот конкурс, где человек должен утверждаться. Но попасть в финал шоу, где тебя увидит весь мир, стоит. Для этого нужна песня, чтобы в Беларуси за артиста не было стыдно. В прошлом году, например, выступление группы NaviBand было эмоциональным, веселым, но повторять такое не вижу смысла. Европейские веяния меняются очень быстро, поэтому нужно просто хорошо спеть за страну и показать себя.

Об эстраде

— В Новый год вы пожелали белорусам в радио­­эфире не сидеть перед праздничным телеэкраном или делать это поменьше. Но ведь в том числе благодаря телевидению артисты и становятся популярными. Не так ли?

— Сразу скажу: без пяти двенадцать сам смотрел телевизор. Тут имелось в виду другое — в плане развлечений на экране все одинаково. А недавно включил концерт, посвященный юбилею шоу «Голос». Показалось, что некоторые выступления были под «фанеру», хотя и с отличными номерами, в сопровождении оркестра. Но мне понравилось. И другой момент. Вне эфира на ТВ выступают сотни классных музыкантов, но их почему-то не показывают. А появляются одни и те же люди, словно по списку, в том числе и в новогодних шоу.

— Правильно понимаю, что пока некоторые отечественные артисты жалуются на отсутствие музыкальных программ в эфире, вы как раз — за живые выступ­ления и народную любовь вне «ящика»?

— Шоу и музыкальных конкурсов на белорусском ТВ действительно не хватает. Вспомнить хотя бы проект СТВ «Звездный ринг», где исполнители соревновались между собой. Но, понимаете, сего­дня появление в эфире не принесет славы. Гляньте на Макса Коржа, вы видели его на ТВ? Он работает с интернет-аудиторией и собирает «Минск-Арену». При этом не считаю его великим артистом, не знаю его поклонников. Я хочу, чтобы современная молодежь слушала «Битлз». Нормальную музыку. По телевизору такой звучит немного.

— Минувшим летом вы высказались по поводу отношений между артистами и композиторами, коснулись темы авторского права. Сего­дня в парламенте как раз дорабатывают этот закон. Вы на чьей стороне — певцов или творцов?

— Раньше было так: композитор предлагал песню известному исполнителю, просил ее спеть, чтобы об авторе узнали. Артисты упоминали создателей перед публикой, все были довольны. Сегодня есть негласное правило: если купил у композитора песню, то только один раз. То же самое касается стихов, аранжировки. А теперь представьте: XXI век, приходит человек из прошлого и просит денег. Ну разве это серьезно? Именно поэтому я и высказался о ситуации с композитором Ханком. Хочешь заработать — так пиши новые песни и продавай. Зачем старое вспоминать? Раз на то пошло, то сколько я должен денег за песню «Беловежская пуща» уважаемой Александре Пахмутовой (смеется) ?

О жизни

— Кстати, давно были в Беловежской пуще, про которую спели лучше всех в ­мире?

— В мире, Европе и Азии, как говорит мой знакомый. Раньше часто ездили туда, не только выступали, но и гуляли по лесу. Уже года два не был в пуще. Не чувствую там ничего сакрального. Но слышал, что ­зубры возрождаются. Это хорошо (улыбается). А вот то, что там рубят деревья, — плохо.

— А в родном Руденске, который претендует на роль города — спутника Минска?

— Ничего себе, я и не знал, что город может стать спутником. В Руденске родился, но рано переехал. К слову, работали там в Новый год в 2015-м. Собственно, все.

— Вас часто просят вспомнить что-то о Владимире Мулявине, а с недавних пор еще и об Александре Тихановиче. Трудно ли даются такие ответы и кто лучше всех когда-нибудь сможет рассказать о вас?

— Владимир Мулявин очень талантливый человек, на вопросы о нем можно отвечать бесконечно. Мне приятно говорить об этих людях, особенно о Саше, с которым мы были близки в молодости, работали в одном коллективе.

А обо мне лучше всех это может сделать моя дочь Вика, которая сейчас живет в Америке. Хотя и Яне, которая живет в Москве, тоже будет что рассказать (улыбается). А если начнут говорить обе, то можно написать целый роман. К сожалению, сейчас мы не так час­то видимся, но они временами приезжают ко мне в гости.

— В одном интервью вы сказали, что очень хорошо жить одному, а вместо «стакана воды“ вы готовы провести водопровод к кровати. Но вдруг, как это бывает, в вашей жизни появится дама сердца… Неужели будете сопротивляться любви?

— Сопротивляться не буду точно, но спасибо, что напомнили про водопровод — надо сделать. На всякий случай.

Автор: Владимир ЖДАНОВИЧ