Газета выходит с ноября 1967 года, в сети интернет с июля 1996 года
Поиск
Расширенный поиск

Основные рубрики


Официальный портал Минского городского исполнительного комитета, minsk.gov.by





Рассылка
E-mail:






18 января 2018 (четверг) № 3 (12766)
ГлавнаяНовости

Я сегодня смеюсь над собой…

НовостиКультурный слой

Хорошо знающие его люди говорят, что Станислав Вилькин мало похож на актера в обычной жизни: скромен, сдержан, немногословен.

К тому же он искренне умеет радоваться не только собственным успехам, но и успехам других. Особенно своих учеников. Вот уже более 20 лет Станислав Владиславович приобщает мальчишек и девчонок СШ №  27 Минска к искусству: подыскивает с ними ­пьесы, разучивает роли, ставит спектакли, помогает овладеть секретами актерской профессии. Его воспитанники поступают в театральные вузы не только Минска, но и Москвы, Санкт-Петербурга, ярко заявляют о себе в прославленных коллективах.

О жизни в искусстве и об искусстве жить — наш разговор с юбиляром.

Возраста не ощущаю

— Круглые даты — это зачастую повод подвести какие-то итоги: что в жизни удалось, что не сложилось. А вы, Станислав Владиславович, как оцениваете свой путь в профессии и в жизни?

— Мне хочется сказать о себе словами из стихотворения Александра Вертинского: «Я сегодня смеюсь над собой». 60 лет — как бы солидный возраст. Но я его совсем не ощущаю. Мне еще многого хочется. Например, поставить спектакль о любви. Вроде бы о ней уже все сказано. А все-таки это вечная тема, и каждый открывает в ней что-то свое.

Я ни о чем в жизни не жалею, не вижу в этом смысла. Сего­дня, не кривя душой, могу сказать, что счастьем не обойден. Рядом любимая жена (кос­тюмер Театра-студии киноактера Юлия Вилькина. — Прим. авт.). Младший сын иногда раз десять в течение дня повторит, что меня любит. Разве этого мало?

— Сегодня многие актеры отмечают: кино кормит, но не удовлетворяет творческих запросов, а театр больше греет, но на зарплату там прожить невозможно.

— У меня такая же история. Кино сегодня не утоляет актерский голод, хотя, безусловно, за съемки даже в эпизодах получаешь больше, чем в театре. Но в театре более интересный материал. И там чувствуется дыхание зала, эмоцио­нальный отклик. Тем более в таком, как наш, где между сценой и зрителем фактически нет зазора. Лично мне очень дороги особая камерность нашего зала, тесный контакт с публикой.

— Как считаете, поменялся ли за годы вашей работы в театре зритель? Какие спектакли вызывают у него больший отклик?

— Мне кажется, сегодня пуб­лика приходит в театр в большей степени за тем, чтобы отдохнуть, развеяться, насытиться положительными эмоциями. Комедии более востребованы, нежели драмы и трагедии. Наверное, к этому располагает время. Все-таки жизнь у большинства людей непрос­тая, напряженная, и компенсация необходима.

— Вы согласны с мнением о том, что нет маленьких ролей, есть маленькие актеры?

— Согласен. В больших ролях можно скрыться за партнером, за текстом. А в эпизоде такого шанса нет, там нужно «выстрелить» сразу. Сделать выразительным и запоминающимся персонаж, который появляется на несколько минут, по-настоящему сложно. На мой взгляд, самое важное для актера — найти свою нишу и честно служить искус­ству.

— Есть ли у вас друзья среди коллег?

— Есть, хотя и немного. Вот об актере нашего театра Анатолии Гурьеве могу так сказать: мы вместе работаем с первых дней основания театра.

Люблю ненормальных

— Почему выбрали актерскую стезю?

— Отчасти это дело случая. Родился я в Литве в семье железнодорожника. После школы устроился работать на Литовскую киностудию осветителем. И вот во время съемок фильма «Смок и Малыш“, глядя на исполнителя главной роли Вениамина Смехова, который играл Смока, захотелось стать артистом. Считаю, мне повезло: я с первой попытки поступил в БГХТИ на курс к Борису Луценко.

— А что побудило вас преподавать в общеобразовательной школе актерское мастерство, заниматься с детьми искусством?

— Впервые меня пригласили в школу с эстетическим уклоном в начале 90-х годов прошлого века. Не спешил соглашаться, сомневаясь в своих преподавательских способностях. Но решил попробовать, и постепенно меня по-настоящему затянула работа с детьми. Я всегда мечтал построить свой микротеатр. В школе с ребятами-единомышленниками это удалось. Когда видишь результат своих усилий, понимаешь, что в тебе нуждаются. Это вдохновляет. Раньше в ­27-й школе были профильные театральные классы, теперь веду факультатив. Это держит в тонусе. Если не занят в театре и не приглашают в кино, то все равно не лежу на диване и не унываю.

Не все мои воспитанники, конечно, связывают свою жизнь с искусством. Но мы выступаем со спектак­лями в детдомах, детсадах для слабослышащих и слабовидящих, перед онкобольными. И это не проходит бесследно: ребята видят тех, кому гораз­до труднее, чем им, они учатся сострадать, глубже понимают жизнь.

— Какие юноши и девушки сегодня, по вашим наблюдениям, выбирают актерскую стезю?

— Ненормальные. Те, кто подхватывает вирус лицедейства и навсегда заболевает сценой. Некоторые мои воспитанники поступают в творческие вузы несколько лет подряд: вне искусства они себя попросту не представляют. Чувствую огромную ответственность за их судьбы. Все-таки профессия у нас непростая, очень зависимая.

— Чем занимаются ваши сыновья? Кто-то из них подхватил вирус лицедейства?

— Старший, Владислав, окончил БГУИР и работает программистом. Средний, Чеслав, не сразу, но все-таки пошел по моим стопам: сегодня он артист Могилевского областного драматического теат­ра. Младшему, Ярославу, всего 10 лет. Учится в ­27-й школе и занимается у меня на факультативе. Говорит, что обязательно будет артистом.

Автор: Ольга ПОКЛОНСКАЯ
19 Октябрь 2017 / 229  просмотров.