Часы времени

Лысым не читать!

Ленин из волос, Сталин из перьев — из чего только не делали вождей!

В советские годы 22 апреля традиционно отмечался день рождения Владимира Ильича Ленина. Отметим и мы. Дергать мерт­вого льва за усы не собираемся, просто хотим напомнить, какие причудливые формы обретало порой в СССР почитание вождей.

Увиденное Остапом

Сначала бессмертный «Золотой теленок». Сцена с художником Мухиным, создающим картины из зерна. Остап замечает, что «это чепуха по сравнению с тем, что я видел в Москве. Там один художник сделал картину из волос. Заметьте, идеологически выдержанную. Называлась «Дед Пахом и трактор в ночном».

Вообще-то Ильф и Петров отталкивались от реальных фактов. Были в их времена и художник, писавший зерном (звали его Иван Чабунин), и художник, создававший картины из волос. Остап вполне мог такую картину — заметьте, идеологически выдержанную — видеть. Только называлась она не «Дед Пахом и трактор в ночном», а «Взятие Зимнего дворца». Ее даже в США отправляли на выставку «Достижения СССР за 10 лет».

Картины из волос создавал московский парикмахер Григорий Абрамович Борухов, придумавший для этого особую технологию. Журнал «Огонек», 1925 год: «Борухов вышивает волосом по шелку. Длинный волос нашивается сначала сплошь по рисунку, причем с оборотной стороны закрепляется тщательно каждая отдельная волосинка. Сплошная масса волоса коротко постригается, затем следует стрижка неровная — получающиеся выпук­лости и углубления создают нужные черты рисунка». Кроме «Взятия Зимнего» Борухов своими умелыми ножницами сотворил портреты Ленина, Сталина, Бухарина, Ворошилова, Махатмы Ганди и композитора Шуберта.

Даже из заклепок

«Портрет Ленина» работы Г. Борухова входит в коллекцию произведений народных умельцев, посвященной советским вождям, некогда хранившую­ся в Музее В.И. Ленина. В ней много подобных вещей. Со временем что-то пришло в негодность, например бюст Ленина из мыла. А, скажем, портрету Сталина из металлических заклепок сносу нет. Кстати, есть в коллекции и дар из Беларуси — портрет Сталина из птичьих перьев (1949).

Мастер — золотые ножницы

Прежде чем продолжить рассказ, подчеркнем главное: мастером Григорий Абрамович был первоклассным. Все в своем деле знал, умел, отслеживал методы ухода за волосами, моды, новинки оборудования…

Сам он из Чернигова, парикмахерствовал еще до Первой мировой, в войну попал в австрийский плен. В лагере «Терезиенштадт» стриг-брил товарищей по неволе, охрану. Там и изобрел свою технологию, а придумав, сделал первую картину — «Голова лошади». Благодаря Красному Кресту она попала в нейтральный Стокгольм на выставку творчества военнопленных и там осталась в каком-то местном музее — ведь оригинальная поделка!

Вам может быть интересно...  Кто съел завтрак командующего?

Вернувшись из плена, Борухов подался в Москву, устроился в какую-то цирюльную артель и… затос­ковал. Революционно-аскетичной советской столице как-то было не до высокого парикмахерского искусства. Но в январе 1924-го умер Ленин. Вскоре открылся музей вождя. «Голова лошади», «Портрет Ленина» — какая разница? И в дар новому музею Григорий Абрамович преподнес изготовленное по авторской технологии изображение Ильича.

После чего начал делать такие же волосяные (волосистые? волосатые?) портреты прочих красных вождей и торжественно передавать во всякие учреждения. Стал знаменитостью. Журналисты отмечали, что каждое творение Борухова — «работа трудная, кропотливая, требующая ­огромного напряжения и незаурядного художественного вкуса» (что правда).

В конце концов, он сделал «Взятие Зимнего дворца». Награда нашла героя — Борухова послали в Берлин на международный конкурс парикмахеров.

Этим жизненным шансом Григорий Абрамович воспользовался сполна. Советского торгпреда в Германии он сумел убедить, что при торгпредстве совершенно необходима своя парикмахерская. И получил добро на ее устройство.

Подробность эпохи

В Первую мировую сменилась женская мода — требующие особого ухода длинные волосы уступили место практичным коротким стрижкам «бубикопф», «гарсон» и т. д. Они были популярны и после войны. Дамы охотно расставались в парикмахерских с пышными локонами, и сырья Борухову хватало.

Мечты Фигаро

Причесаться-уложиться к Григорию Абрамовичу регулярно забегала торгпредская переводчица Тамара Солоневич — жена известного (в будущем) эмигрантского публициста-монархиста Ивана Солоневича. Позже она станет невозвращенкой и выпустит книгу о торгпредских нравах. Борухову посвятит целую главу. Впрочем, пишет о нем Тамара Владимировна ехидно, но не зло. Вспоминая эдакого Фигаро, веселого, умного, вкрадчивого, умевшего к начальству подластиться и собственные дела устроить. Похоже, они даже сдружились. По крайней мере, именно ей Борухов доверил свою тайну. У его жены тяжелый ревматизм. Плюс двое детей. А живут в Москве в каком-то сыром подвале. Жилье нормальное нужно! Или, как вариант, сюда семью перетащить. Для того картины и шуровал.

Жену к нему в Берлин выпустили. Детей — нет. «Борухову пришлось смириться, но, будучи человеком прак­тичным, он стал совершенствоваться в парикмахерском искусстве, учиться делать дауэрвеллен (элект­рическую завивку), о которой в СССР понятия не имели, окрашивать каким-то особым способом волосы и пр.». Супругу пристрои­л осваи­вать маникюрное дело у здешних мас­териц. Про хобби тоже не забывал. Хотя герои его теперь интересовали другие — Генри Форд, Альберт Эйнштейн… Форд прислать свои фото отказался, а Эйнштейн прислал — их в 1977-м опубликовал журнал «Природа». Правда, появился ли портрет — неизвестно.

Вам может быть интересно...  Как по маслу!

Тамара Солоневич и Григорий Борухов еще раз встретились в 1932-м в Москве. Мастер привез из Берлина (частным порядком) уникальное оборудование и пробивал идею: он открывает парикмахерскую европейского класса, но за это дайте квартиру. Увы, не выгорело. В наши дни в архивах нашлось его письмо В­орошилову: Борухов напоминал наркому обороны, что тот у него однажды брился, рассказывал о замысле большой картины «Первый удар по Деникину» и умолял помочь с жильем.

Минский след

Упомянутая в тексте Тамара Солоневич — минчанка. До революции преподавала французский в минской женской гимназии. В 1938 году в Софии погибла в результате покушения НКВД на ее мужа Ивана Солоневича: вскрывала присланную посылку, а там оказалась бомба.

Зато доносов не писал

В общем, такой вот персонаж. Хитрован и приспособ­ленец? Не без того. А с другой стороны — кто без греха?! Ну хотел человек устроиться получше, вытащить больную жену с маленькими детьми из сырого подвала — ах, негодяй! Ради этого — ха-ха! — выстригал портреты вождей. Да, выстригал — и что? Зато доносов не писал — в годы, когда многие писали и не видели в том греха. В другое время такой мастер, как он, открыл бы свой салон и честно заработал бы на всё что нужно. А тогда приходилось вертеться…

Поскольку с квартирой в Москве сорвалось, а жена все болела, пере­ехали в Сочи. Известно: в 1935-м Борухов работал парикмахером в одном из санаториев. Дальше следы теряются.

…Его «Портрет Ленина» ныне находится в Москве, в фондах Государственного исторического музея России. Помню, там удивились моему вопросу: а зачем вообще подобные вещи хранить? Как зачем? Во-первых, уникальный образец постижерного искусства (это когда что-то делается из волос). Во-вторых, такие экспонаты говорят об эпохе лучше любых слов.