Культура

Д – дрессировщик?

цирк, обезьяна

Артист Белгосцирка Айдын Исрафилов — о переезде в Минск, современных нюансах профессии и кочевой жизни

— Айдын, наш проект называется «Цирковая азбука», и, пожалуй, придется выбирать между буквами Д — дрессировщик — и У — укротитель…

Айдын Исрафилов, цирк— Может, лучше Д — друг или Н — наставник? Ведь сейчас так много критики нашей профессии. Считаю, что это не с животными сейчас все плохо, а с дрессировщиками, точнее, уровнем их обучения и подготовки. Что касается термина «укротитель», то его следует относить к ХХ веку, когда в Советском Сою­зе намеревались повернуть вспять реки, а также гордились другими чудесами человеческого потенциала. Не отставала и культура, поэтому и появлялись аттракционы, например, Мстислава Запашного, где тигр дает лапу слону и оба на задних лапах стоят перед дрессировщиком. По воле человека… Сейчас это неактуально, в новой парадигме времени нет места укротителям, даже дрессировщикам. Человек ищет гармонию, хочет быть в единстве с природой. Самые лучшие номера с лошадьми — на природе, без железа во рту. Все живое само должно тянуться к нам. Извините, что я так витиевато.

— Все правильно, тем более что вы — один из не­многих, кому разрешен въезд с животными в Европу.

— И обезьянка, и собачки с осликами въездные в ЕС (смеется). Мои постановки трудно назвать дрессурой. Ослики выходят на манеж позабавиться с игрушками, съесть что-то вкусное. Для них это поляна. ­У обезьян тоже игра, если в ней победить, то получишь бонус. Вот зрители и приходят понаблюдать за нашим весельем.

— Если бы вам вручили 5 львов и 5 тигров, то наверняка с играми пришлось бы повременить…

— Думаю, на стадии детства с любым животным полезно играть. А дальше в дело вступают профессиональные тайны. Мой хороший друг Василий Тимченко руководит номером с морскими львами. У него специальное образование, долгое время работал с животными на Министерство обороны СССР. Одна из историй меня прос­то поразила. Однаж­ды у него был перерыв между гастролями в Сочи, и он решил отпус­тить львов в море. Две недели они «гуляли». Порой Василий подходил к определенному пирсу, и… они все подплывали. После «отпуска» по одному свистку животные вернулись, и коллектив поехал работать дальше. Это тонкости психологии.

Вам может быть интересно...  Танец, такой изменчивый и вечный…

— Три года назад вы переехали в Минск. Стал ли для вас наш манеж родным?

— За эти три года я пару раз был в Москве, где учится дочка, много времени провел на гастролях и еще больше — на репетициях в Минске. Жена все время со мной. Животные — это тоже часть моей семьи, за ними всегда нужно присматривать, заглядывать им в глаза, знать, что беспокоит. Здесь они имеют лучшие условия жизни. Поэтому минский цирк для меня — № 1.

— Ставите новые номера?

— Ресурс животных ограничен, по­этому постоянно готовим очередных артистов. Сейчас у меня растет обезьянка, которая очень талантлива. Ронни еще со мной, но ему 22 года, он заслужил отдых.

— И все же как случилось, что вы стали штатным артистом минского цирка?

— В России сейчас сильно сокращают бюджетников, переводя их в категорию малого предпринимательства. Чтобы люди сами несли ответственность, платили налоги. Теперь представьте, что таким «бизнесменом» становится дрессировщик. Первым делом придется найти материально-техническую базу… Из-за таких нововведений многие уходят из профессии. Нехорошая тенденция, которая за 3-5 лет может разрушить советский институт дрессуры. В этом плане очень хорошо, что в Минске стараются защищать интересы и публики, и артистов. У меня есть все условия для работы, тренировок, повышения уровня номера. Да и чего скрывать, цирк в Беларуси доступнее. Государство заботится, чтобы люди именно в формате семьи мог­ли прийти в цирк. Это вызывает уважение.

— Не хочется остановиться и спокойно показывать номера на одной площадке?

— Цирковые делятся на тех, кто ищет гастролей, и тех, кто их категорически не приемлет. Считаю, что артисты цирка должны быть готовы к переездам, кочевому образу жизни. Здесь нет никаких противоречий. К тому же мне приятно представлять уже родной Белгосцирк за рубежом.

— Приоритет — ­Европа?

— Да, у них лучшие климатические условия (смеется). Ну а если серьезно, то там работают цирки-шапито, а стационарные здания скорее исключение. Например, в 2016 году я выступал во французском Лилле, где во время Рож­дества активизируется все цирковое. К счастью, наше искусство — часть традиции Западной Европы. И многие города стараются организовать в предновогодний период ярмарки, спектакли для детей. Если говорить о гастролях в общем, то за последние два года мы работали в Смоленске, Хабаровске, Владивостоке, Тбилиси, а сейчас уезжаем в Азербайджан.

Вам может быть интересно...  Тайная жизнь музея, или Невидимый НХМ