ВМ — Ваша милиция

Адреса неблагополучия

притон

Корреспонденты редакции побывали в «нехороших квартирах» города. По каждому адресу — своя история, иногда — семейная драма. Очень часто причина житейской беды — в пьянстве, неумении жить по-человечески. И везде нужен постоянный контроль со стороны сотрудников милиции.

______________________________________________

Пейзаж на дне бутылки

На службе старший участковый инспектор милиции Александр Рахман сталкивается с разными людскими пороками, в том числе с пьянством…

В Октябрьском РУВД он работает уже почти 6 лет. Курирует административный участок, в который входят улицы Казинца, Брестская, Кижеватова. За это время приходилось разбираться в самых неожиданных житейских историях.

Александр Рахман
Старший участковый инспектор милиции Александр Рахман

Не любовный треугольник

Первая остановка в сего­дняшнем обходе — бывший притон. Организовали его хозяйка квартиры Екатерина Лео­нидовна*, которой сейчас 83 года, вместе с дочерью. Бабушка пьет каждый день. В магазин за «чернилом» ходит сама. А вот ее кровинушка отбывает наказание в местах заключения: в 2017 году ударила своего сына Андрея ножом в живот.

Он и встречает нас на пороге. На всю квартиру вещает телевизор, и не какая-нибудь старая коробка, а современный, с плоским экраном.

— Работаешь? — спрашивает участковый.

— На стройке. Официально, по трудовой, — уверяет мужчина.

— Пьешь?

— Бывает по-разному…

Проходим в комнату старшего члена семьи. Лампочка под потолком не горит, холодильник, облепленный мухами, к электричеству не подключен. На полу куча всякого барахла.

— Неужели трезвая? — удивляется Александр Юрьевич.

— Не за что пить. Принесете бутылку — я и выпью, — не растерялась пенсионерка.

Интересуемся, почему не помогает внуку погашать долг за коммунальные услуги.

— Он молодой, я старая. Мы не дружим… — уклончиво отвечает бабуля.

— Саша приходил?

— Был на той неделе. Чистый, красивый. Посидели, я его супом угостила. Не знаю, где он сейчас.

Александр — сожитель женщины. Младше ее лет на 40, родом из Витебска. Своего угла в столице не имеет, потому и ночует, где придется.

Городские легенды

Пока едем по следующему адресу, Александр Юрьевич вспоминает самых колоритных персонажей своего участка.

— В последнее время у нас все звезды — бабушки. Есть одна, Семеновна, каждый день вызывает милицию. Говорит, сосед сверху варит нар­котики. Сейчас там живет молодой парень, до этого — семья, которая съехала из-за частых приходов милиции. «Сигналы» Семеновны ни разу не подтвердились.

Еще одна пенсионерка оби­тает в частном доме, разделенном на две квартиры. По­стоянно сообщает, что соседи воруют из ее половины продукты. А между тем за стеной уже два года никто не живет…

Терпение как прощение

Следующее злачное место на нашем пути — квартира двух сожителей, Тамары и Михаила. Оба сидят на диване в одном белье. Причем женщина постоянно призывает своего возлюбленного одеться, говоря: «Мишенька, ну как тебе не стыдно?»

У его ног на полу стоит недопитая рюмка водки.

— Что отмечали? — спрашивает участковый инспектор.

— Мой день рождения, — отвечает Михаил.

— А когда ты родился?

— 30 сентября!

На календаре август…

В этой семье уже давно все неладно. Сына Тамары не раз судили за кражи, а в последний раз — за угон автомобиля. Сейчас он в Москве на заработках, когда приезжает, устраивает в квартире масштабные попойки. Попутно избивает мать,  выносит из дома вещи… В последний раз пропала стиральная машина.

На вопрос, почему женщина до сих пор не написала заявление в милицию, получаем ответ:

— Потому что я мать. И никто этого понять не хочет. Вот посадят его — и что? Я опять буду носить передачи.

Глядя на измученное усталостью и алкоголем лицо женщины, понимаю: все равно будет терпеть и побои, и оскорб­ления. А забыться поможет очередная бутылка…

* Имена героев публикации изменены.

______________________________________________

Кавардак на квадратах

Как предприимчивая минчанка сдает койко-места в притоне и бедствует бабушка, владеющая двумя элитными квартирами

Доходный притон

Наверняка каждый участковый может поведать о злачных местах на обслуживаемой им территории. Евгений Хомич, участковый инспектор милиции Партизанского РУВД, вынужден еженедельно посещать «гостиницу», разместившуюся в одном из частных домов на улице Холмогорской. Уходя оттуда, он нередко уводит с собой пару-тройку постояльцев.

— Этот дом у нас на контроле с 2013 года, — говорит Евгений Николаевич. — Хозяйка проживает в своей квартире во Фрунзенском районе, а дом сдает.  Численность нанимателей порой достигает 15-20 человек.

При всем желании «гостинице» не дашь и одной звезды.

— Крыса где-то сдохла, а мы ее никак найти не можем. Оттого и вонь, — пояснил один из постояльцев.

Повсюду валяются окурки, пустая тара из-под спиртного. Под ногами — практически сгнивший пол. В одной из комнат на сколоченных из досок двухъярусных нарах спят трое. Матрасы, подушки, одеяла — грязные, без постельного белья. Завидев стража порядка, мужчины сразу достали паспорта.

— В этом доме часто живут иностранцы-нелегалы и люди, находящиеся в розыске, — пояснил офицер. — Однажды в ходе операции «Нелегал» в одном из шкафов нашли троих граждан, которые пребывали в нашей стране незаконно.

Койко-место здесь обходится в 70 руб­лей в месяц. Несмотря на чудовищные условия, «гостиница» никогда не пустует.

В большой комнате на втором этаже — 4 койки, старенький холодильник и стол с остатками трапезы. В углу сидит мужчина средних лет, как выяснилось — приезжий из России. Участковый проверил его документы и связался с коллегами, чтобы уточнить, не в розыске ли гражданин.

— Хозяйку дома неоднократно привлекали к административной ответственности за то, что она сдает внаем жилое помещение без соответствующих договоров, — рассказал Евгений Николаевич. — Деньги, которые получает от клиентов, — ее основной доход. И даму абсолютно не волнует, что ее дом — один из самых посещаемых милицией в районе. Это жилище и его обитателей мы держим на постоянном контроле.

Пенсию запи-вай!

Следующий адрес, который посетил участковый, — улица Захарова, 72. Здесь живет местная знаменитость — пенсионерка Галя, которая, выпив лишнего, прогуливается по улице нагишом. В таком виде ее можно лицезреть в дни получения пенсии.

Дверь открыла сама хозяйка, на удивление — трезвая. Оказывается, дамочка на днях выписалась из больницы.

— Выпила не того, так в реанимации чуть откачали! — поделилась Галя.

По словам Евгения Хомича, Галя — большая любительница покутить. А еще пропустить рюмашку-другую с маменькой любил ее 40-летний отпрыск. Участковый уже готовил ему путевку в лечебно-трудовой профилакторий, но тот закодировался, нашел работу и даже женился. Видимо, все же внял наставлениям Евгения Николаевича.

Офицер провел с Галиной профилактическую беседу. Та в который раз клятвенно обещала завязать раз и навсегда.

Жилье и жулье

Дом № 40 на проспекте Независимости. Двухкомнатная квартира расположена над кафе «Березка». Никогда бы не по­дума­ла, что здесь может быть притон.

Дверь открыла старушка. Здесь она живет с единственным сыном, который недавно вернулся из ЛТП. Сейчас, по словам пенсионерки, он спиртным не злоупот­реб­ляет, компании домой не водит, исправно ходит на работу.

В квартире неприятно пахнет, не убрано.  Из окон открывается шикарный вид на площадь Победы.

В углу одной из комнат стоит пианино, которому больше 100 лет, доставшееся хозяйке квартиры от матери. За инструментом — склад пустой тары.

78-летняя женщина весьма интеллигентна и приятна в общении. Она рассказала, что помимо этой квартиры у нее есть еще одна элитная недвижимость — двушка в доме напротив цирка. Метры она не сдает, так как считает, что «люди нынче плохие». Продавать тоже не хочет. Так и стоит квартира закрытая уже много лет.

Когда сын находился на лечении, к пенсионерке повадилась ходить одна особа — приносила продукты, вела задушевные беседы. Участковый быстро отвадил эту «приятельницу», ведь ее интерес к бабуле был особым — дама дваж­ды была судима за махинации с недвижимостью.

Сложилось впечатление, что старушку вполне устраивает то, как она живет. Она с нежностью говорит о сыне, который в свое время изрядно потрепал ей нервы. Хочется верить, что принудительное лечение все же пошло ему на пользу.